Новости Обратная связь Архив АТ Архив ВТ Поэты-энергеты Мы из МЭИ Угол архивариуса
На главную страницу

MEMORIA: Федянин Александр (АТ-61)


Пролог

    Я долго думал: стоит ли мне дать какой-то текст для сайта. Потому что, как ни пытался я вспомнить что-нибудь забавное из нашей студенческой жизни, у меня это никак не получалось.
    Конечно, можно посмеяться над тем, как нас вместо учебы посылали в колхозы, на стройки и на заводы. В результате этого на учебу оставалось не больше одной четверти того времени, которое вроде бы отводилось полностью на учебу и которое было необходимо по учебным программам. Смешного и веселого в этом ничего нет. Я и сейчас с неприязнью и обидой вспоминаю те времена, когда вставал в пятом часу утра, быстро завтракал и пешком шел на завод «УСИЛИТЕЛЬ» (ныне завод холодильников) на работу в механический цех. Отработав там до 3-х дня, я ехал домой, кушал, отдыхал около часа времени и опять ехал. Теперь уже в СФМЭИ, чтобы с 18-00 до 22-00 «учиться». Голова была мутная и какая уж там учеба.
    Но как-то мы все-таки учились. После занятий я приезжал домой, кушал и ложился спать в 12 ночи, а в 4 утра – подъем и опять новый рабоче-учебный день. Даже сейчас, по прошествии 40 с лишним лет (обычно, со временем все плохое забывается и в памяти остается только хорошее и приятное), я вспоминаю с неодобрением и со злостью эту дурацкую реформу Хрущева по «объединению обучения в ВУЗАх с одновременной работой на производстве», то есть на Смоленских заводах. Ну, что тут смешного?
    А вот еще один показательный эпизод. Конец третьего курса и все мы делаем курсовой проект по деталям машин – проектируем редуктор. Там было два формата чертежей и расчетно-пояснительная записка. Вдруг прошел слух, что нам вся эта механика не нужна. Просто перепутали программы обучения и нас учили, как будущих инженеров-механиков: 3 семестра теормеха, 2 семестра сопромата, два семестра теории механизмов и машин (ТММ) и два семестра деталей машин. Это 9 зачетов, 9 экзаменов и еще курсовой проект.
    И вот теперь выясняется, что нас учить всему этому совсем было не нужно. Надо было учить нас чему-то другому. Чему? Этого мы уже никогда не узнаем. Время ушло на то, что не надо. Я тогда обрадовался, потому что думал, что курсовой доделывать будет не надо. Но в деканате решили, что всем надо курсовой доделать до конца и защитить, а потом уже отменят все то, чему нас учили 3 года. Деканом тогда у нас был Виталий Сергеевич Логунов.
    А какая была чехарда с самим обучением, например, теормех: Калужин, Дземко, Андреев и опять Дземко. Это потому, что не было квалифицированных преподавателей. В Смоленске был дефицит технических специалистов. Да, мы были первыми студентами в СФМЭИ. И про то, как и чему нас учили, я сейчас говорю: Государство делало вид, что нас чему-то учат, а мы делали вид, что учимся. И сделал я такой вывод: нет в на свете ничего хуже, чем быть первым. Этот мой вывод подтверждается и историей обучения, описанной героем Советского Союза генерал-майором авиации Захаровым в его мемуарах «Я – истребитель».

    Там он пишет, как поступил в летную школу и им сказали: «Что бы научить вас летать, нужен аэродром, всякие службы и авиационный городок, то есть жилые дома для курсантов, комсостава и обслуги. Всего этого нет, потому что вы – ПЕРВЫЕ курсанты. А поэтому вы будете сначала все это строить, а потом уже учиться летать». Они все это и строили. Когда построили, то время обучения закончилось. Им дали бумажки, навинтили кубари на петлицы и выпустили летчиками. Половина из них погибла задолго до 41-го года. Захарову повезло – он попал на обучение в летную школу второй раз и успешно ее окончил. Вот там-то его и научили летать так, как надо. Поэтому он и не был ни разу сбит за всю войну 41-45-го годов. Хотя жизнь обошлась с ним круто: начал войну генерал-майором, потом провел три года далеко на востоке за Уралом, но выпросился на фронт, и окончил войну тоже генерал-майором. Хорошо, что хоть не лейтенантом или рядовым и вообще не расстреляли под горячую руку.

    Да, бог с ней, с этой учебой. Главное в том, что умный человек и сам может выучиться всему, что ему надо для практической жизни, а дураку никакая учеба не поможет. Светлым пятном в беспробудной нашей студенческой серости осталось в моей памяти преподавание высшей математики Зоей Павловной Шороховой. Разумеется были математики и более сильные, чем Зоя Павловна: тот же Маллер, та же Бабинская (Раухвагнер ее настоящая фамилия). А о Гарии Петровиче Гаврилове и говорить не приходится – это был настоящий математик. Но сходил я к нему на пару лекций и больше не пошел. Как преподаватель математики, он ( как и все остальные) и в подметки не годился Шороховой.
    Корректно и изящно читал лекции Найденов Виктор Андреевич. Очень добротно читал нам ТОЭ Пищиков Всеволод Илларионович. По нашей специальности здорово читали лекции Мудров и Кузнецов. Вот пожалуй и все. Но ничего забавного я припомнить не смог. Забавное началось потом, после окончания института. Поэтому мои воспоминания получились С ДВОЙНЫМ ДНОМ. Правда, не с тройным, а всего лишь с двойным. Мне так кажется. Всего Вам наилучшего, читайте и будьте счастливы настолько, насколько только сможете.
Смотри также:

Робот-бармен

Роботы НИИТЕХНОПРИБОРА

Пролетариат – могильщик капитализма, а роботы – могильщики пролетариата?

Из истории кафедры автоматики и телемеханики СФМЭИ

Тернистый путь инженера в 20-м столетии

Харлампиев, самбо в СФМЭИ и кое-что еще


Вопросы и пожелания - aver22 на Рамблере
Архивариус - О. Аверченков (АТ-61).